Кандидат философских наук и автор портала «Пост-Наука» Елена Брызгалова задается вопросом, почему многие люди стремятся менять свое тело, и находит для этого целых десять мотивов.
Автор отмечает, что тело — не просто биологическая оболочка сознания. Оно обладает разнообразным социокультурным смыслом и выполняет не только физиологические функции. Отношение к телу, его оценка и самооценка («пропорциональное», «крепкое», «прекрасное», «уродливое», «рыхлое» и т.п.), а также способ использования для достижения желаемых целей тесно связаны с внутренним миром человека и внешней средой.
Что же питает желание человека изменять свою физическую оболочку? Философ начинает с того, что каждому из нас хоть раз в жизни приходилось сталкиваться с нелестными сравнениями окружающих и себя с животными: «ноги, как у слона», «брюхо, как у бегемота», «морда, как у свиньи» и так далее. Еще Дарвин описывал представителей племен, которые вырывали себе зубы-клыки, а остальные зубы красили, чтобы только не быть похожими на волков и собак.
Да и современная наука, утверждая эволюционное родство Homo sapiens с животными, так и не смогла преодолеть вековые традиции веских, зримых различий и даже противопоставления людей братьям меньшим. И в этом смысле в первооснове сходятся стремление как отличаться от животных, так и быть похожими на далеких биологических предков, эволюция которых заложила основы внешнего облика человека. Это первые два, сегодня почти бессознательных, мотива.
При этом человек был и остается существом социальным, а потому не избавленным от подражания себе подобным. Изменение мышц и фигуры, татуировки и пирсинг издревле имели дифференцирующий смысл. Они обозначали принадлежность индивида к определенной социальной группе и одновременно ее дистанцированность от других. Сегодня занятия, меняющие тело (физкультура и спорт, фитнес и йога), собирают увлеченных и близких по образу жизни людей.
С этим третьим мотивом вполне уживется четвертый — желание все-таки отличаться от окружающих индивидуальными особенностями. Изменение тела может быть проявлением протеста и мятежа, способом оставить память, надолго запечатлеть личные испытания и эмоции. Вспомним стоки из песни Высоцкого: «А на левой груди — профиль Сталина, а на правой — Маринка анфас».
Пятый мотив — самоутверждение. Античность культивировала заботу о теле гимнастикой, а Средневековье призывало к телесному аскетизму ради торжества души. Когда человек заметно меняет свое тело (сильно худеет, накачивает мышцы, меняется под ножом пластического хирурга), он демонстрирует отношение к телу как к собственности, свою власть над телом и способность управлять телесностью. Считается, что тело, подвергшееся изменению (например, многолетними тренировками), красноречиво показывает, насколько сильна воля хозяина. А хирургически измененное тело стало еще и демонстрацией финансовой состоятельности обладателя.
На шестое место автор ставит страх перед будущим, а точнее перед старением. Желание оставаться «бесконечно» молодым и красивым вызывает потребность вкусить «молодильных яблочек», услужливо предлагаемых биомедициной, иронизирует Брызгалова. «Современное общество, ориентированное на гедонизм как образ жизни, призывает жить без дискомфорта и боли, разными способами поддерживать телесное благополучие, не позволять естественным процессам брать верх над возможностями социума и отдельного человека», — пишет автор.
Седьмой мотив — мода, которой намного больше лет, чем кажется. «Прогресс цивилизации изменил только способы достижения целей: если в XIX веке осиную талию обеспечивал тугой корсет, то в XXI веке — операция по удалению ребер, — отмечает философ. — Глобализация придала модным веяниям глобальный характер. Например, вошли в моду и хирургические операции, обеспечивающие клиентке ямочки на щеках во время улыбки».
Мотив восьмой — желание преодолеть страх изменений и испытать новые ощущения. Современный человек оказался в мире, который дает возможность кибернизировать тело — вживить технические аналоги человеческих органов, датчики, сенсоры. В этом случае это выход за пределы естественных возможностей тела и преодоление страха перед техникой.
Девятый мотив автор связывает с нарциссизмом (самолюбованием) и дисморфофобией (психическим расстройством — чрезмерной обеспокоенностью внешним дефектом, незначительным или вообще мнимым). В медицине описана поведенческая зависимость от рискованных диет, тренировок, пластики и нарциссизма. Часто фанатичный уход за телом оборачивается навязчивым желанием выставлять его напоказ.
Десятым и сильным мотивом к изменению тела стало стремление прославиться и разбогатеть. Этим нередко страдают представители богемы — модели, музыканты, певцы, актеры, не жалеющие сил и денег для создания иллюзии сказочности своих тел и жизни. Эксплуатация этой иллюзии — тоже подобие болезни. Даже неудавшаяся пластика становится паблисити и рекламой. А образы фриков открывают путь в интернет, на телеэкраны и страницы журналов.