Мы в соцсетях:

Новое поколение
  • Введите больше 3 букв для начала поиска.
Все статьи
articlePicture
Среда обитанияТуризм

«Ухабы» горнолыжных трасс

Наиболее острые и не самые приятные ситуации, которые могут произойти на горе

В отдыхе на горнолыжных курортах есть своя романтика, однако это хрупкое состояние может быть разрушено всего одним неверным решением. Разбираем наиболее острые и не самые приятные ситуации, которые могут произойти на горе. 

чимбулак безопасность (6).jpg

Ты и только ты 

Увы, в Казахстане не так много горнолыжных курортов, как, скажем в Австрии, где в зависимости от уровня подготовки лыжника/ сноубордиста есть не только отдельные трассы, а полноценные курорты разного уровня. В реалиях нашей страны трассы разных уровней сложности сжимаются до размеров одного курорта. То есть на паре-тройке склонов горы или ущелья приходится размещать и экстремальные трассы, и среднего, и минимального уровней сложности. Как правило, первые два уровня пересекаются и вытекают один из другого. Выбирая маршрут, райдер сам определяет, как проехать тот или иной отрезок. Если достаточно опыта и навыков, то проходишь отрезок по прямой. Если недостаточно, то тот же спуск можно пройти змейкой или даже объехать с краю. Ученические склоны априори всегда отделены от первых двух категорий. Они относительно пологие, что дает возможность освоить азы катания без лишних рисков для себя и окружающих. 

В теории только после приобретения определенного опыта следует выходить из ученического сектора и пробовать совладать с более сложными трассами. Но это, повторим, в теории. В Сети наряду с красивыми роликами, где показана грациозная езда на лыжах и сноубордах, есть много эпизодов, в которых райдеры кубарем летят с горы, снося всех на своем пути. А это уже не забавное видео, а наглядный пример того, как легкомыслие может привести к серьезным травмам и даже инвалидному креслу. Кто виноват в подобной ситуации? Курорт, неопытный райдер или, может быть, сам пострадавший? Мы встретились с экспертами, которые помогли расставить точки над i. 

Чтобы читателю были понятны риски, приведем лишь несколько цифр. Спортсмены на скоростном спуске на лыжах могут достигать скорости 200 километров в час. Продвинутый райдер редко превышает 100, любитель — 40-60 километров в час. А теперь представьте последствия, если под ноги стоящего человека прилетит масса около 70 килограммов, движущаяся со скоростью пусть даже 30 километров в час. 

Эксперты рекомендуют — прежде чем махать шашкой над головой и пытаться найти крайних, нужно хотя бы раз прочитать правила посещения курорта. Там много полезной информации. Тем более что, покупая скипасс, посетитель подтверждает, что это условие выполнил. 

“С правилами посетитель может и должен ознакомится еще до посещения курорта и приобретения ски-пасса. Это можно сделать как в инфоцентрах, так и заблаговременно, посетив сайт курорта. Также на ски-пассе, как правило, указано: “Владелец карты подтверждает, что ознакомился с правилами и положением ГЛК”. То есть с юридической точки зрения покупка ски-пасса — оферта, означающая вступление в договорные отношения с курортом. Согласие принять его правила”, — пояснил юрист Бахтияр Джунусов. 

Такие правила сложно назвать легким чтивом, поскольку они расписаны сложным бюрократическим языком на несколько листов. Однако главное, что нужно знать — за свою безопасность на склоне каждый отвечает самостоятельно. В случае если райдер кого-то собьет или нанесет материальный ущерб, то отвечать придется именно ему. Это мировая практика, и казахстанские ГЛК не исключение. Да, сотрудники курорта могут и должны оказать содействие в оказании первой медицинской помощи и выявлении виновника. Ну а дальше все претензии к конкретному человеку решаются в гражданско-правовом поле. 

чимбулак безопасность (2).jpg

Право на права 

Отметим, что есть 10 правил FIS (Международная федерация лыжного спорта и сноуборда) нахождения на склоне. Мы не будем описывать их все. Коснемся лишь некоторых, нарушение которых и приводит к травматизму. Сделаем ремарку, что речь пойдет именно о райдерах, а не пеших туристах, поскольку последние на горнолыжную трассу не должны выходить в принципе. 

Третье правило FIS гласит: “Лыжник или сноубордист, едущий сзади, должен выбирать свой маршрут таким образом, чтобы не подвергать опасности людей, катающихся впереди него”. Это как в ПДД с автомобилями — виноват тот, кто сзади. Совершил наезд, значит, не соблюдал скорость, дистанцию, маневрирование. 

Шестое правило — это остановка на склоне, где говорится, что сидеть можно только по обочинам трассы, а не на середине склона. В случае если человек упал, то нужно быстро встать и переместиться на обочину. Вот и все. Но главная проблема в том, что правила FIS не являются законом и носят лишь рекомендательный характер. Это подчеркнул в интервью коммерческий директор курорта “Шымбулак” Василий Подкорытов. 

“Мы их (правило FIS. – Прим. ред.) везде транслируем. Помимо этого в Алматы сейчас действуют 27 прокатов лыж и сноубордов, с сотрудниками которых ГЛК также провел определенную работу. По ее результатам люди, арендующие оборудование, также имеют дополнительную возможность для ознакомления. Увы, этого недостаточно. Чтобы правила действительно заработали, наверное, нужно их утверждать на законодательном уровне. Конечно, со своей стороны мы прорабатываем возможные варианты по ужесточению правил с внедрением градации степени правонарушений с разной степенью ответственности. Но о результатах пока говорить рано”, — говорит он. 

Спикер подчеркнул, что главной преградой сейчас является отсутствие привязки конкретной личности к ски-пассу. Даже если аннулировать ски-пасс, то ничто не мешает добраться до кассы и купить новый. Как выяснилось, в данный момент делать персонализированные ски-пассы не позволяет закон. 

“Есть закон о защите персональных данных, — поясняет юрист, — на сбор и обработку которых нужно согласие того, кто их дает. Если человек против, то никто требовать личные данные не может. Соответственно, все получают обезличенные абонементы. Если у ГЛК получится проработать данный вопрос на законодательном уровне или найти иные инструменты в частном порядке, то привязка того же ИИН к ски-пассу будет возможна. Де-факто таких полномочий у курортов сейчас нет”, — пояснил Бахтияр Джунусов. 

В свою очередь, руководство “Шымбулака” видит кардинальные пути решения вопроса — вплоть до выдачи лыжных водительских прав. Подкорытов приводит пример с ситуацией хаотичного движения мопедистов на дорогах. Здесь и общественники, и МВД, и чиновники пришли к выводу, что упорядочить движение удастся только после того, как будет утвержден закон, обязывающий иметь права и регистрацию мопеда. 

“В идеале мы видим это так, чтобы ски-пасс был таким же документом, как водительское удостоверение. Чтобы его получить, нужно пройти определенный курс обучения, сдать экзамен и т.д. Что это даст? Права — это уже персональный документ и данные о конкретном человеке, где после аннуляции ски-пасса не будет возможности повторного приобретения абонемента. И в целом появится возможность ограничения допуска на вершину тех, кто ездить не умеет. На учебные трассы доступ должен быть открыт для всех, а на основной склон — только для тех, кто получил навыки и как минимум знаком с правилами FIS”, — считает Подкорытов. 

чимбулак безопасность (3).jpg

По закону Ньютона 

Напомним, что “Шымбулак” уже на протяжении нескольких лет сотрудничает с ДВД города Алматы. Горнолыжный патруль по своим полномочиям ничем не отличается от патруля городского. Если на курорте будет зафиксировано нарушение общественного порядка или, скажем, драка, то лыжники-полицейские вправе действовать согласно букве закона с привлечением к административной или даже уголовной ответственности. Также на склонах постоянно находятся спасатели и волонтеры, которые вправе сделать замечание и даже аннулировать ски-пасс, если налицо будет грубое нарушение правил. Упомянем еще одно правило FIS: “При несчастных случаях каждый лыжник или сноубордист обязан оказать помощь пострадавшему”. Помимо этого участник происшествия должен оповестить спасателей, медицинскую бригаду или полицейских. Если же виновник сбежал с места, то у курорта достаточно ресурсов, чтобы вычислить нарушителя.
“На курорте работает более 460 камер, больше трети из них следят за склоном. Конечно, это не дает стопроцентной гарантии выявления личности. Дело в том, что сейчас очень много посетителей, которые пользуются прокатным оборудованием. Условно единовременно на склоне могут находиться 40-50 человек, экипированных в костюмы одной арендной компании. Десять из них могут оказаться в одинаковых шлемах и с одинаковыми лыжами. То есть бывает так, что в моменте выявить нарушителя сложно, однако в итоге выявляемость очень высока”, — подчеркнул Подкорытов. 

Так что, если кто-то и стал виновником происшествия, то не следует бежать, ведь, как уже говорилось выше, ГЛК плотно сотрудничает не только с полицией, но и с компаниями, дающими снаряжение в аренду. Сбежав, райдер только усугубит свое положение. 

Технологии развиваются быстро, и они дают больше возможностей контроля, в том числе и на горнолыжных курортах. Как рассказал руководитель “Шымбулака”, сейчас IT-департамент прорабатывает возможность интеграции в установленные камеры функции замера скорости на мотив действующей системы “Сергек”. 

“В идеальной картине, к чему мы стремимся, если кто-то нарушил на склоне скоростной режим, то ему в автоматическом режиме будет заблокирован проход через турникет”, — считает Подкорытов. 

Идея интересная, но спорная, ведь на склоне есть много “красных” (высокой сложности) трасс, удаленных от основного потока. Например, на “Шымбулаке” это “Труба” — участок, на котором в моменте можно с легкостью разогнаться и до 100 километров в час. Крутизна спуска видна уже на старте, поэтому новички туда суются в разы реже. Насколько справедливо лишать возможности скоростных спусков опытных райдеров — вопрос риторический. 

Отметим, что еще в 2020 году в США подобный проект планировали внедрить сразу на нескольких ГЛК, в числе которых знаменитые Vail и Alterra Mountain Company. Планировалось, что на трассах для детей и начинающих кататься можно будет со скоростью от пяти до 10 миль в час, на трассах средней сложности — от 10 до 20, на крутых, технически сложных спусках — от 20 до 40 миль в час. То есть в наших единицах измерения допустимый максимум — 64,4 километра в час. Однако информации о том, что инициатива была реализована, мы не нашли. 

Если такая “опция” все же появится, то, скорее всего, рынок отреагирует быстро. Как завещал Ньютон, сила действия неминуемо вызывает противодействие: в продаже могут появиться лыжные антирадары, предупреждающие о приближении к скоростемеру. 

чимбулак безопасность (7).jpg

Все по-взрослому 

Любители кататься на больших скоростях есть, но их не так много. Вот кто действительно представляет угрозу, так это малоопытные райдеры и любители фотографироваться сидя там, где положено двигаться. Визуально невозможно вычислить новичка и на старте ограничить доступ. Зато отсутствие опыта хорошо проявляется на склоне, когда новоиспеченный лыжник/ сноубордист с большими испуганными глазами стоит на склоне и думает, как спускаться дальше... Особое поведение — у сноубордистов. Точнее — людей, которые два часа назад впервые в жизни взяли инвентарь в руки и сразу же пытаются спуститься с самой высокой точки. Они, как правило, начинают впадать в состояние какой-то комы и, прокатившись по склону 1015 метров, потом 20 минут сидят на склоне. Причем нередко сидят они целой группой и в ряд, создавая помехи тем райдерам, которые спускаются вниз. А это и есть тот самый повышенный, нежелательный риск, который приводит к происшествиям. 

В заключение расскажем еще об одном щепетильном вопросе — кражах. Они происходят регулярно, но далеко не все из них несут злой умысел. 

“Большинство эпизодов — это не кражи, а путаница с тем самым арендным оборудованием, которое идентично. В любом случае, если что-то пропало, то следует обратиться в инфоцентр и написать заявление с деталями — где и в какое время было оставлено оборудование и т.д. Дальше информация попадает в операционный центр, где по камерам выявляется пропажа. Как правило, с момента подачи заявления на все уходит 20-30 минут. 

После выявления личности, причастной к пропаже вещи, информация передается всем службам, куда включены также и полиция, и канатная служба, и охрана. “Вора” ловят, а когда все проясняется, часто все жмут друг другу руки и полюбовно расходятся. Это в большинстве случаев, но есть и совсем неприятные эпизоды. 

Девушка увидела яркий красивый сноуборд. Взяла его, несколько раз прокатилась и уже решила с ним сбежать, для чего села на гондольную дорогу к станции “Медеу”. За это время к нам обратился владелец. Вычислили пропажу, и к тому моменту, когда беглянка подъезжала к станции, ее уже ожидала охрана. У владельца были объективные претензии, поэтому после вызова участкового они уехали в опорный пункт для дальнейшего разбирательства. Не исключено, что в данном случае дело может быть доведено до уголовной ответственности”, — рассказал руководитель курорта. 

Горы должны давать позитивные эмоции. А чтобы ничто не смогло омрачить отдых, то, находясь на склоне, нужно выполнять не только правила FIS, но и помнить о шоферском правиле трех “Д”.