Министерство национальной экономики сделало лицо буфетчика Сокова, у которого (в «Мастере и Маргарите») червонцы превратились в винные этикетки, и решительно урезало социальные расходы бюджета.
А Министерство труда тут же выкатило в мобильном приложении оправдательный документ эпохи «Калькулятор благосостояния». Бедность отменили программным кодом
Теперь достаток казахстанца вычисляют с пугающей точностью аптекарских весов. Пятьдесят девять показателей просвечивают гражданина ярче флюорографии. Система делит народонаселение на пять категорий — от сияющей вершины «А» до мрачного подземелья «Е». Цель благородная, как слеза министра: с января отсечь от государственной кормушки тех, кто тайно жирует. Бюджет ведь не резиновый. Он скорее напоминает тришкин кафтан, пошитый из прошлогодних отчетов и влажных макроэкономических фантазий.
Соотечественники бросились измерять собственное величие с таким азартом, будто в приложении бесплатно раздавали недоступную простолюдинам черную икру. На следующий же день государственный сервер захрипел, схватился за сердце и лег. Он просто не выдержал наплыва миллионеров, о существовании которых они сами вчера не подозревали.
Прорвавшимся сквозь цифровую кому открылись бездны финансового оптимизма.
Возьмем среднестатистического главу семейства по имени Серик. У него имеется контуженная «Камри» 95-го года выпуска, списанная еще японским императором по причине клинической смерти двигателя. Еще у Серика есть саманная времянка, ипотека на триста лет и три микрокредита, взятых на покупку зимних ботинок. Серик нажимает кнопку в смартфоне. Секундная пауза. Барабанная дробь.
Искусственный интеллект ласково хлопает его по плечу. Поздравляем, вы — устойчивый средний класс! Вы живете кучерявее, чем семьдесят три процента населения республики!
Серик утирает скупую олигархическую слезу рукавом вытертого пуховика. Категория «С» звучит гордо. Почти как витамин, только на хлеб не намажешь. Алгоритму совершенно плевать, что эта старая машина не ездит, а служит на дворе будкой для цепного пса. В базе данных числится движимое имущество? Значит, буржуй. Не положено тебе пособие, гражданин, иди почивай на лаврах своего экономического чуда. С таким же успехом ведомственный робот мог бы причислять людей к лику святых за наличие дома календарика с мечетью.
Особый драматизм разворачивается в нижней части этой алфавитной таблицы выживания. Между категориями «D» и «Е» пролегает тонкая, почти невидимая грань. Как между осетриной первой и второй свежести, о которой так любили спорить в старых буфетах.
Чтобы гордо пролезть в спасительную категорию «Е» и вымолить у государства тиыны с января 2027 года, человек должен быть гол, как сокол после встречи с налоговым инспектором. Наличие в хозяйстве ржавого велосипеда «Урал», трехногой табуретки или золотой коронки во рту у тещи моментально переводит семью в разряд подозрительно зажиточных. Мол, раз есть на чем сидеть и чем жевать, сами выкрутитесь.
Но настоящая комедия разыгралась на высоком правительственном брифинге. Систему решили храбро протестировать на семье самого министра труда Аскарбека Ертаева. Все затаили дыхание. Журналисты приготовились увидеть ослепительный блеск литеры «А», подкрепленный фанфарами.
Но бездушная машина, скрипнув кремниевыми мозгами, выдала главе ведомства скромную категорию «В». Просто состоятельный. Богаче всего лишь девяноста одного процента семей страны. Не дотянул министр до тяжелого люкса!
В зале повисла тишина. Густая, как казенный кисель. Если целый министр, повелитель трудовых резервов и гроза безработицы, ютится на второй полке этого социального плацкарта, то кто же тогда эти таинственные небожители из категории «А»?! Кому принадлежат оставшиеся девять процентов?
Вероятно, там прописаны исключительно арабские шейхи, рептилоиды и управдом Никанор Иванович Босой, прячущий валюту в вентиляции. Либо же калькулятор посчитал министерскую зарплату и деликатно намекнул шефу, что пора бы поискать подработку в ночную смену.
Весь этот цифровой цирк с конями преследует одну простую, до боли знакомую мысль. Денег в казне на всех не хватает, но признаться в этом прямо — моветон. Гораздо изящнее объявить население поголовно богатым при помощи пятидесяти девяти хитроумных факторов.
Утром деньги — вечером стулья. Только в нашей версии стулья нарисованы в приложении, а деньги аккуратно вычеркнуты из проекта бюджета Миннацэкономики.
Серик снова смотрит на треснувший экран своего телефона. Приложение снова зависло. Где-то в недрах серверов электронный счетовод продолжает усердно делить шкуру неубитого государственного медведя. Категория выживания определена верно. Будем держаться. Нам ли, новоиспеченным нуворишам, привыкать к роскошной жизни в кредит?