Две синие галочки на мониторе. Сообщение прочитано. Ответа нет. Стресс. Паника. Тремор. Прошла минута, тягучая и мучительная, словно удаление зуба мудрости пьяным коновалом. В этот миг внутри отправителя просыпаются параноик, суровый прокурор и брошенная у алтаря невеста.
Вытаращив глаза, они хором требуют объяснений. Почему он молчит? Внезапно скончался от апоплексического удара? Похищен инопланетянами ради опытов? Нет, абонент просто онлайн. Он уютно висит в сети, но нагло игнорирует именно вас. Предательство свершилось. Основы мироздания рухнули.
Раньше гражданин надевал шляпу, выходил за порог квартиры и благополучно растворялся в блаженной неизвестности. Он был недоступен и неуловим, как свежая мысль мелкого чиновника. Это было законное, выстраданное право на офлайн. Интернет тогда напоминал приличную читальню. Зашел, снял калоши, полистал подшивку, благовоспитанно удалился.
Теперь же всемирная паутина стала нашей естественной средой обитания. А доступность мутировала в суровую круглосуточную повинность. Аппарат, хитроумно придуманный человечеством для робкого сближения на расстоянии, парадоксально обернулся глухим телекоммуникационным ошейником.
Собеседник не отвечает два часа? Раньше люди благодушно вздыхали, думая, что человек занят общественно полезным трудом. Теперь социальный диагноз ставится моментально и без консилиума: он вытирает об меня ноги! Возникает тяжелый синдром цифрового выгорания. Мы платим налог на дружбу.
Новая эмоциональная бухгалтерия безжалостна, словно внезапная инвентаризация на складе уворовавшего завхоза. Любовь, уважение и лояльность измеряются секундомером.
Начальнику по уставу положено отвечать за десять минут. Супругу нужно писать до того, как он успеет грозно моргнуть. Другу выдается щедрая пара часов. Нарушил священный тайминг? Получи клеймо отщепенца. Мы добровольно, с песнями и плясками, вписались в этот дешевый психологический триллер.
А социальные сети? О, этот дивный мир цифрового вуайеризма. Мир иллюзорного присутствия. Вы посмотрели чужую историю. Бывший одноклассник родился, женился, купил подержанную иномарку или просто удачно чихнул. Вы это увидели. И не поздравили в личку. Молча проглотили визуальный контент. В новой негласной этике это равносильно тому, как если бы вы встретили давнего знакомого на улице, пристально заглянули ему в глаза, плюнули на его начищенный штиблет и молча удалились в утренний туман.
Посмотрел сторис, но не написал! Чудовищное оскорбление бездействием, сопоставимое разве что с кражей фамильного серебра. Технологии сделали наше равнодушие измеримым, видимым и тщательно запротоколированным.
Наши бескрайние степные просторы наложили на эту массовую психопатию свой абсолютно неповторимый колорит. Популярный мессенджер с зеленой иконкой у нас вовсе не просто программа для буковок. Это Колизей. Арена кровопролитных гладиаторских боев. Биржа труда. Зал верховного суда. Здесь решаются судьбы многомиллионных тендеров и партий свежего мяса от знакомого мясника.
Уважение к старшим приобрело в сети совершенно монструозные, гротескные очертания. Родственник преклонных лет прислал в семейный чат переливающееся видео. Огромные розы, поющие лебеди и громогласное утреннее благословение. Попробуй только не ответить, не отреагировать на агашку. Это уже не просто грубость. Это масштабный цифровой ұят. Несмываемый позор на весь славный род вплоть до седьмого колена.
А быстрые денежные переводы? Желтое банковское приложение незаметно превратилось в суровую социальную сеть для стеснительных интровертов. Вернуть долг до последнего тиына. Написать в крошечном окошке комментариев к переводу робкое «рахмет» или кокетливое послание за вкусный кофе. Это наш новый язык нежности. Финансовая поэзия двадцать первого века.
Отдельный, самый раскаленный котел в цифровом аду заготовлен для любителей голосовых сообщений. Прислать трехминутный войс абсолютно без предупреждения. Что это, как не вероломное информационное нападение исподтишка? Это дикое акустическое хамство. Но если в динамике вещает бастык, ты слушаешь. Слушаешь благоговейно, преданно прижав трубку к уху, боясь пропустить даже начальственный вздох.
Рабочие процессы тем временем бесцеремонно, в грязной обуви, ввалились в наши личные спальни. Половина одиннадцатого ночи. Пиликает рабочий чат. Коллега задает совершенно несрочный вопрос. Вы имели неосторожность его прочитать. Две синие галочки зажглись. Ловушка лояльности захлопнулась с лязгом ржавого медвежьего капкана. Не ответишь, значит, саботажник. Ответишь — добровольно отдашь жизнь корпорации.
Мозг закипает. Наше внимание окончательно девальвировалось. Слова обесценились, слившись в бесконечный мусорный поток из мемов и междометий.
Сегодня высший социальный понт — это не вилла, а роскошь бесследно исчезнуть. Не отвечать три дня. Спокойно смотреть в экран без чувства вины.
Настоящая близость теперь выглядит совершенно иначе. Она не в мгновенном, судорожно отправленном смайлике. Она звучит так: «Я прочитал твое послание. Отвечу завтра. И я абсолютно точно знаю, что ты не забьешься в параноидальной истерике».