Астана, Музей искусств. Слышен гул ветра, переходящий в рокот глиняной флейты… Удивительные находки, связанные с Абаем, ждут посетителей.
В залах этого музея нет привычной тишины и табличек «Руками не трогать». Здесь все дышит, звучит и вибрирует. Нас встречает Ернар Айтбаев, дизайнер по профессии, но проводник в мир древних кюев по призванию.
Мы проходим мимо коллекции саз сырнаев — небольших духовых инструментов, маленьких глиняных «птичек».
— Видите эти шесть отверстий? Этот инструмент нашли при раскопках древнего Отрара в начале 70-х. Мы хотим, чтобы наши дети играли на нем легко. Чтобы не заморачивать их сложной теорией, мы придумали цифровую систему на бумаге: от одного до шести. Черная ячейка — дырочку закрываем, белая — открываем. Дети осваивают инструмент за считаные минуты. Это наша главная цель — чтобы музыка была в руках, а не за стеклом. Даже видеоуроки в Instagram записали! Наш специалист с этими саз сырнаями даже на передачу «Привет, Андрей» к Андрею Малахову ездила, всех там удивила, — рассказывает Ернар.
Сердце коллекции — инструменты, созданные мастером Азаматом Бакия, профессиональным музыкантом, который начал собирать их еще со школьной скамьи. Сегодня в Музее искусств работает целая группа инструменталистов. Они не просто хранители, они исследователи.
— Музеи музыкальных инструментов — они классические, там все за стеклом, — улыбается Ернар, проводя рукой по корпусу массивного барабана. — А у нас все можно потрогать, на всем можно попробовать сыграть. Мы открылись всего пять месяцев назад, и акимат Астаны предоставил нам все: оборудование, лазерные сканеры, возможность работать. Теперь только работай — о таком каждый мастер мечтает!
Голос ветра и шаманские тайны
Ернар берет следующий инструмент — громоздкий, причудливый. Это ульдек. Когда он начинает играть, кажется, что в зале поднялась буря. Такой звук Ернар называет «гул ветра». Рядом лежит шанкобыз — древний казахский народный язычковый музыкальный инструмент, состоящий из металлической дуги с вибрирующим язычком. Размер небольшой — пять-семь сантиметров. Играют на нем, прижимая инструмент к зубам и используя рот как резонатор. Звук шанкобыза богат обертонами, напоминает человеческий голос и часто используется для звукоподражания. О нем у Ернара особая история: «Раньше каждый второй казах умел играть, особенно бабушки. Но потом его стали считать шаманским, и искусство почти забылось. В Казахстане мастеров почти не осталось, поэтому мы поехали в Якутию. Там это развито невероятно. Мы прошли мастер-классы, изучили, какой металл они используют, как нужно дышать, чтобы звук был глубоким. Теперь у нас есть лазерное оборудование, будем возрождать производство здесь».
Барабан из кожи буйвола и столетнее дерево
Лаборатория музея постоянно экспериментирует. Ернар показывает жорык дабыл — самый большой барабан в коллекции. Оказывается, секрет его звука — в коже. С двух сторон натянута кода буйвола. Из-за разной плотности звук получается объемным: с одной стороны тоньше, с другой — глубже. С его помощью воинам на поле разными ритмами передавали команды на большие расстояния. Это своеобразная степная азбука Морзе.
Но настоящий трепет вызывает керней — древний казахский духовой инструмент в виде трубы.
— Это наш, чисто казахский инструмент, — рассказывает смотритель музея. — У узбеков или уйгуров они медные, легкие. А наш — из дерева. Мы долго бились над звуком, ничего не выходило. Пока не нашли столетнее дерево из старой шахты. Из молодого дерева керней не звучит, звук получается глухой. А этот слышно за четыре километра! Раньше воины ставили сигнальщиков-горнистов на вершинах, и весть о приближении врага или хана долетала за считаные минуты.
Главная тайна: трехструнная домбра Абая
Самый торжественный момент — когда Ернар выносит инструмент, который мастера музея закончили собирать буквально минувшей ночью. «Вы первые, кто это видит. Мы воссоздали ее по рисункам и редким фотографиям. Это домбра Абая Кунанбаева», — с гордостью говорит он.
Обычно на вопрос, сколько струн у домбры, отвечают: две. Но Абай играл на трехструнной. Эту традицию обнаружили студенты консерватории в Абаевском районе в 1967 году, найдя домбры с тремя струнами и семь неизвестных ранее трехголосных кюев.
— Мы подобрали все: цвет дерева, форму. Но главное — струны. Это не пластик. Это натуральные кишки животного. Технология древняя: берется самая длинная кишка, солится, сушится, а затем растягивается внутри камышей, чтобы не порвалась и не обсохла. Видите гвоздики на корпусе? Это самый сложный вариант соединения. Лишний гвоздь — и инструмент умрет, перестанет звучать. Но посмотрите, как она поет! — восклицает Ернар.
Миссия против гаджетов
Завершая экскурсию, Ернар становится серьезным: «Сейчас у нас большая общественная проблема — развитие детей замедляется. Все малыши сидят в TikTok и Instagram. Логопеды нам в один голос говорят: саз сырнай — это спасение. Он развивает моторику, дыхание, речь. Это экологически чистая глина. Раньше бабушки сказки рассказывали, песни пели внукам, теперь их место заняли телефоны. Мы хотим вернуть детям живой звук, живую историю, которую можно потрогать руками».
Фото автора