Казахстан в последние годы сталкивается с опасным феноменом — дефицитом электроэнергии. Государство одновременно обещает зеленый переход и ищет деньги, технологии и быстрые решения. Из последних новостей: китайские инвесторы заходят масштабно — в трех областях (Павлодарской, Карагандинской и Туркестанской) планируется строительство ветро- и солнечных парков общей стоимостью более двух миллиардов долларов. Проекты включают гигантские мощности: в Павлодаре — договор на 1 ГВт ветра, в Караганде — пакетный проект с отдельными объектами (включая одну заявленную ветроэлектростанцию, мощность около 500 МВт), в Туркестанской области — крупная солнечная станция (около 300 МВт) и сопутствующая инфраструктура. Цель — быстро увеличить генерацию зеленой электроэнергии и укрепить сеть
Сколько «съедаем»
Телеграм-канал приводит статистику, согласно которой в Казахстане расходуют больше всего энергии. В Государственный энергетический реестр Казахстана (далее — ГЭР) по состоянию на январь 2026 года включено свыше 21 тысячи организаций, которые ежегодно потребляют 1500 и более тонн условного топлива. В минувшем году ими было израсходовано 70,8 миллиона тонн условного топлива.
Наиболее крупные потребители энергоресурсов в стране сосредоточены в Павлодарской области — 24,5 процента (доля от общего потребления предприятий, входящих в ГЭР), Карагандинской области — 18,1, Атырауской области — 9,6 процента. Это связано с концентрацией энергетических и промышленных объектов в регионах, богатых природными ресурсами — углем и природным газом. Наибольшая доля от общего объема энергоресурсов приходится на электроснабжение, подачу газа, пара и кондиционирование воздуха — 40,4 процента потребления при доле всего 1,3 процента от числа субъектов, обрабатывающую промышленность — 32,4 процента при доле 2,5, горнодобывающую промышленность и разработку карьеров — 14,6 при доле 0,7.
Пути решения дефицита
Пока подвис вопрос по строительству новых угольных ТЭЦ, Казахстан с помощью китайских партнеров делает ставку на ВИЭ. Мажилис ратифицировал Соглашение между правительствами Казахстана и Китая о реализации проектов в области возобновляемых источников энергии. Речь идет о строительстве трех крупнейших энергетических объектов общей мощностью 1,8 ГВт в Павлодарской, Карагандинской и Туркестанской областях. Проекты стоимостью 2,2 миллиарда долларов будут профинансированы с участием международных институтов. Запланировано строительство двух ветровых электростанций на 1,5 ГВт и одной солнечной станции мощностью 300 МВт, а также внедрение современных систем накопления энергии для обеспечения стабильности энергосистемы. Запуск ветровой станции в Экибастузе позволит ежегодно производить 3,4 миллиарда кВт/ч электроэнергии и сокращать выбросы парниковых газов до двух миллионов тонн CO₂, что внесет существенный вклад в укрепление энергетического баланса Казахстана.
Насколько это реально закроет дефицит?
Дефицит электроэнергии в Казахстане ежегодно составляет 1,5 миллиарда кВт/ч. Ветряки вряд ли помогут минимизировать проблему мгновенно и полностью, но помощь будет. Теоретически добавка в несколько миллиардов кВт/ч способна покрыть текущий разрыв и даже обеспечить подушку для экспорта при благоприятных условиях. Но генерация и балансировка сети — не одно и то же. Ветро— и солнечная генерация переменчива: она работает в определенные часы и зависит от погоды. Чтобы энергия стала «гарантированно полезной», необходимы:
— мощная линейная и трансформаторная инфраструктура для подключения;
— системы аккумулирования энергии (BESS — батарейные хранилища) или гибкие резервные мощности;
— рынок и регулирование, позволяющие управлять потоками и ценами.
Себестоимость 1 кВт/ч «на выходе»
Главный вопрос любого проекта — это экономика. В данном случае — стоимость киловатта электроэнергии. Расчетно-финансовый центр (РФЦ) при Министерстве энергетики, выполняющий функцию единого закупщика электричества в стране, опубликовал расчет индексации фиксированных тарифов и аукционных цен возобновляемых источников энергии (ВИЭ) на 2026 год.
Ни одного «волшебного» числа пока нет, все зависит от конкретных условий (цена контрактов, сроки, кредиты, налоговые льготы, ставка дисконтирования, расходы на подключение и хранилища). Но ориентиры из международных и региональных источников дают некоторую картину.
Так, по данным агентства IRENA, общие установленные затраты на возобновляемую энергетику снизились более чем на 10 процентов для всех технологий в период с 2023 по 2024 год за исключением морской ветроэнергетики, где они остались относительно стабильными, и биоэнергетики, где выросли на 16 процентов. Тем не менее сочетание коэффициентов использования мощности, доли рынка и затрат на финансирование привело к небольшому увеличению приведенной стоимости электроэнергии (LCOE) для некоторых технологий: солнечная фотоэлектрическая энергия — на 0,6 процента, наземная ветроэнергетика — на 3, морская ветроэнергетика — на 4, а биоэнергетика — на 13 процентов.
Специально для Казахстана в аналитических брифах по энергетике приводится пример LCOE порядка 4,9 цента за кВт/ч. Лидером индексированных цен на нынешний год среди ветряных электростанций, как и в прошлом году, остается ВЭС «Астана Expo 2017» мощностью 100 МВт, построенная в основном на деньги холдинга «Байтерек» и Фонда развития промышленности. На 2026 год ее индексированный фиксированный тариф перешагнул планку в 100 тенге за кВт/ч без НДС и достиг 111,88 тенге за кВт/ч без НДС, что станет рекордом цен для ВИЭ и обыкновенных станций.
По данным NRG_monitor, гарантированный тариф ветряка в Павлодарской области на 15 лет в среднем составлял 4,2 цента за 1 КВт/ч, что в два раза больше от предложений обычных ВЭС (малые мощности без накопителей) на открытых аукционах.
Наличие накопителей и их влияние
Накопители (BESS) — это ключ к тому, чтобы «ветер» и «солнечник» перестали быть сезонной сказкой, а стали надежным источником пиковой и базовой мощности. BESS улучшает интеграцию ВИЭ: уменьшает потери при ограничениях по передаче, сглаживает пиковую нагрузку и дает время для диспетчеризации. Его стоимость зависит от емкости и мощности. Таким образом, без накопителей большие ветропарки повышают риск нестабильности в пиковые часы. С накопителями они становятся гораздо более полезными, но и более дорогими.
Подписание соглашений — это еще не работающие турбины. Для крупных парков (сотни МВт-ГВт) типичный маршрут: проектирование — согласования — строительство — тестовая эксплуатация, от двух до пяти лет в зависимости от скорости финансирования, готовности сетей и административных процедур. В Казахстане при активной поддержке госструктур и участии крупных инвесторов (включая китайские компании) ускорение возможно, но все равно это не мгновенное решение.
Немаловажный вопрос: как обстоят дела с утилизацией отработанных лопастей с ВЭС в Казахстане? Средний срок службы лопастей ветрогенераторов составляет 20-25 лет, затем они подлежат замене. То есть время для решения вопроса как будто есть.
Карагандинская солнечная станция — есть ли данные по эффекту?
Крупнейшую в Центральной Азии солнечную электростанцию запустили в Карагандинской области в 2019 году, 307 панелей должны производить до 100 МВт энергии. К тому же это одна из самых северных станций такого типа.
В Карагандинской области есть названные крупные солнечные объекты и проекты (в том числе парки около сотен мегаватт). Одна из публикаций (Power-Technology) отмечает, что карагандинский солнечный проект генерирует около 62 тысяч МВт/ч в год и снижает выбросы CO₂ примерно на 80 тысяч тонн в год — это реальный вклад в энергобаланс региона и экологию. Такие объемы помогают разгрузить отдельные угольные ТЭЦ и уменьшить потребность в импорте электричества в пик. Но эффект на надежность системы напрямую зависит от того, насколько они интегрированы в сеть и снабжены накопителями.
Стоит ли рассчитывать на спасение?
Китайские инвестиции могут серьезно помочь в вопросе сокращения энергодефицита. Они способны покрыть текущий дефицит по количеству произведенной энергии и дать Казахстану запас зеленой генерации. Результат и устойчивость зависят от трех факторов: инфраструктуры (линий и подстанций), наличия накопителей (BESS) и качественного планирования/регулирования рынка. Без этих трех плюсов большие ветряки останутся красивыми турбинами, и мало что изменится в деле баланса сети. При наличии выполнения данного условия можно говорить о реальном снятии дефицита и даже о превращении Казахстана в экспортера зеленой электроэнергии.
Фото Талгата Галимова