Правительство РК запустило принудительное взыскание штрафа в 4,9 миллиарда долларов с оператора Кашагана NCOC, сообщило Министерство юстиции страны.
Противостояние Правительства РК и международного консорциума North Caspian Operating Company (NCOC), разрабатывающего крупнейшее в мире месторождение нефти Кашаган, лишь усиливается. Три года назад консорциуму были выдвинуты экологические претензии за сверхнормативное хранение серы.
Закон суров, но это закон
Иностранные акционеры (в частности Shell и ExxonMobil) не признают нарушения и продолжают оспаривать штраф в международных инстанциях. Но на этой неделе, по данным Минюста страны, Казахстан перешел к процедуре принудительного взыскания экологического штрафа в размере 2,3 триллиона тенге (около 4,9 миллиарда долларов) с NCOC, так как срок добровольной выплаты истек 20 июля, в связи с чем судебными исполнителями было возбуждено исполнительное производство.
У этого противостояния есть резон, который выражается в солидной сумме — почти 5 миллиардов долларов. На эту сумму можно хорошо пополнить государственный бюджет либо выкупить долю в самом проекте, который на фоне роста цен на нефть очень выгоден.
Чем закончится противостояние, предсказать трудно. Однако такая ситуация уже имела место в конце 2000-х годов.
Тогда «Тенгизшевройл», разрабатывающий другое крупное месторождение Казахстана Тенгиз, был оштрафован на 37 миллиардов тенге (300 миллионов долларов по тогдашнему курсу) за сверхнормативное хранение серы на открытых площадках. Тогда в кулуарах Правительства были беседы с участием представителей нефтяных компаний и дипломатов, суть которых сводилась к тому, что сера является не отходом, а законным рыночным товаром, связанным с переработкой нефти, и «Тенгизшевройл» не следует штрафовать за хранение серы, полученной из сернистого газа.
«Сегодня сера стоит дороже нефти: 1000 против 700 долларов за тонну. На казахстанскую серу сейчас стоит огромная очередь. Могут ли отходы так дорого стоить? На днях беседовал с коллегой, который называет абсурдом выставлять 2,5 триллиона тенге штрафа в отношении NCOC. Закон суров, но это закон», — сказал казахстанский эксперт по нефтегазовым проектам Каспийского региона Нурлан Жумагулов.
Канадский опыт
Если обратиться к опыту других нефтедобывающих стран, то там положение дел в отношении хранения серы обстоит иначе. Так, в Канаде сера официально признана нетоксичным и безопасным веществом. Однако все экологические проблемы открытого хранения в Канаде и способы их решения делятся на три главные категории.
Так, первая — это образование серной кислоты. При контакте серы с кислородом, дождевой водой и специфическими бактериями (Thiobacillus) происходит естественное окисление. В результате образуется пусть и слабая, но все равно кислота, способная закислить почву и попасть в грунтовые воды. Поэтому есть четкое указание — все открытые площадки строятся на герметичных искусственных основаниях (бетонные подушки со специальными мембранами). Вокруг «серных гор» проложена замкнутая система дренажных каналов. Вся дождевая и талая вода улавливается, собирается в замкнутые пруды-отстойники, нейтрализуется щелочью (известью) и отправляется на повторную переработку.
Вторая категория — нераспространение. Ветер может разносить мелкую серную пыль на жилые районы и леса, вызывая раздражение дыхательных путей у людей и закисление хвои. Поверхность серных гор постоянно увлажняется, чтобы корочка не крошилась. При перевалке и движении по конвейерам на серу наносят специальную пылеподавляющую пену.
Третья категория — избежание самовозгорания. При случайном возгорании открытой серы выделяется высокотоксичный диоксид серы. В Канаде на объектах действует круглосуточный автоматический мониторинг воздуха. Крупные блоки серы формируются плотными монолитами с минимальной площадью соприкосновения с воздухом, что исключает условия для самовозгорания.
Благодаря жесткому канадскому законодательству, а также постоянному мониторингу подземных вод и воздуха эти гигантские ярко-желтые горы уживаются с экосистемой Скалистых гор и океанского побережья, оставаясь безопасными для местного населения. Никому в голову не приходит называть серу отходами и получать отдельные разрешения на хранение.
«Нашему Минэкологии, возможно, следует изучить канадский опыт», — резюмирует Жумагулов.