Каким видится будущее казахстанского села, способно ли развитие крупных перспективных пунктов остановить отток населения в мегаполисы и за счет каких инструментов выравнивается качество жизни в регионах? Эти и другие вопросы комплексной модернизации сельских территорий мы обсудили с заместителем председателя правления АО «Институт экономических исследований» Министерства национальной экономики Республики Казахстан Кайсаром Нигметовым.
— Кайсар Каиркенович, хотелось бы узнать, как за последние годы происходило развитие сельских территорий. Сколько сейчас людей проживает в сельской местности?
— Численность сельского населения страны стабилизировалась на отметке около семи с половиной миллионов человек. Однако если посмотреть на карту в региональном разрезе, то мы увидим крайне неравномерную плотность расселения. Более половины всех сельских жителей сегодня сконцентрированы на юге республики. Например, в Туркестанской области в селах проживает около 1 миллиона 600 тысяч человек, в Алматинской — 1 миллион 300 тысяч, в Жамбылской — почти 687 тысяч, а в области Жетысу — 377 тысяч человек. На эту систему расселения оказывает влияние множество факторов: от исторических и природно-географических условий до глобальных социально-экономических трендов, включая урбанизацию.
— Помимо миграционных процессов, как еще проявляется тенденция урбанизации на расселении сельских жителей?
— Сельское население все заметнее концентрируется вокруг крупных городских агломераций и областных центров. На сегодняшний день 26,1 процента сельских жителей страны проживает в пределах агломераций. Они фактически стали неотъемлемой частью городской экономики благодаря маятниковой миграции — регулярным поездкам в город на работу и возможности пользоваться городской инфраструктурой.
Кроме того, идет внутреннее укрупнение: люди выбирают большие населенные пункты. Сейчас 81 процент сельского населения живет в селах, где численность жителей превышает одну тысячу человек. Соответственно, в аулах, которые оторваны от городов и крупных транспортных узлов, население постепенно сокращается.
— Как измеряется базовое качество жизни в селах?
— Главным инструментом здесь выступает Система региональных стандартов. Это четко прописанный комплекс базовых требований к среде проживания как в городах, так и в сельской местности. Данная система определяет обязательный перечень объектов и услуг от инженерно-транспортной и дорожной сети до социальной инфраструктуры, включая школы и больницы. Ее ключевая задача — гарантировать каждому гражданину минимально обязательный уровень доступности всех жизненно важных благ.
Разумеется, стандарты дифференцированы в зависимости от масштаба населенного пункта. Всего система разделяет их на категории. Для столицы и городов республиканского или областного значения предусмотрено 58 обязательных объектов и услуг, для районных центров и городов районного значения — 53, для опорных сел и центров сельских округов — 41, а для прочих малых сел и поселков — 32.
— Как на практике применяется этот показатель обеспеченности объектами и услугами Системы региональных стандартов?
— Мониторинг обеспеченности по Системе региональных стандартов — это не просто статистика, а практический фундамент для ключевых направлений государственной политики. На основе этих данных планируются бюджетные расходы регионов. Финансирование в приоритетном порядке выделяется туда, где фиксируются наибольшие инфраструктурные разрывы.
Результаты мониторинга напрямую учитываются при расчете трансфертов общего характера. Такой подход позволяет нам четко расставлять приоритеты, оперативно сокращать критический дисбаланс между регионами, повышать доступность базовых услуг и, как следствие, реально улучшать качество жизни на местах.
— Наблюдаются ли серьезные различия между регионами по уровню обеспеченности сельских населенных пунктов?
— Безусловно, региональный дисбаланс присутствует. По итогам 2024 года средний уровень обеспеченности по Системе региональных стандартов в сельской местности составил 63,7 процента, что близко к среднереспубликанскому показателю в 64,1 процента. Но внутри страны ситуация разная. Самые низкие показатели зафиксированы в области Абай, где обеспеченность составляет 56,1 процента, и в области Улытау — 57,6 процента. Невысокие цифры также в Актюбинской области — 61,4 процента, Восточно-Казахстанской — 61, Западно-Казахстанской и Костанайской областях — 62 и 62,5 процента соответственно, а в Акмолинской области — 63,1.
Лидерами же выступают Мангистауская область с показателем 70,8 процента, Павлодарская — 68,9, Жамбылская — 67,9 и Кызылординская — 67. Эти цифры наглядно подтверждают, что государству необходимо целенаправленно продолжать работу по выравниванию условий жизни и ликвидации разрывов в базовых коммунальных, социальных и цифровых услугах.
— Какие наиболее острые инфраструктурные проблемы в селах удалось решить за последние годы?
— Нам удалось добиться серьезных сдвигов в модернизации базовой инфраструктуры, и особенно это заметно в сфере водоснабжения. Если в 2019 году доступ к качественной питьевой воде имели 86,4 процента сельских жителей, то сегодня этот показатель вплотную приблизился к отметке 100 процентов. Огромный вклад в социальное развитие вносит национальный проект «Келешек мектептері», благодаря которому непосредственно в сельской местности уже возведена 81 школа.
Еще один важный маркер — это рост жилищного фонда. В селах его общая площадь увеличилась со 132,9 миллиона квадратных метров в 2019 году до 149,3 миллиона квадратных метров в 2025-м. Это прямое свидетельство того, что в аулах активно строится новое жилье, условия проживания становятся комфортнее, а люди видят там свое будущее. В результате обеспеченность жилой площадью в расчете на одного сельского жителя выросла 18,9 квадратного метра до 21,3.
— С 2019 года реализуется масштабный проект по развитию сельской инфраструктуры «Ауыл — Ел бесігі». Каких результатов удалось достичь по этой линии?
— Спецпроект «Ауыл — Ел бесігі» стал главным локомотивом модернизации сельских территорий. Его ключевая философия заключается в том, чтобы через масштабное строительство и обновление социальной и инженерной инфраструктур открыть сельчанам полноценный доступ к качественным услугам. За прошедшие годы в рамках проекта было реализовано более 7600 конкретных проектов в 2500 опорных и спутниковых селах республики. Если говорить на языке цифр, то за этот период удалось капитально отремонтировать и построить около 900 объектов жилищно-коммунального хозяйства, более 2400 социальных объектов, включая медицинские и культурные учреждения, а также проложить и обновить свыше 4300 километров внутрипоселковых дорог.
— Учитывается ли потенциал каждого конкретного села? Насколько целесообразно инвестировать в инфраструктуру, если демографические прогнозы показывают, что в будущем людей там не останется?
— Государственные инвестиции должны быть эффективными, поэтому мы используем специальную научно обоснованную методологию оценки потенциала сельских населенных пунктов. Она учитывает комплекс критериев: экономическую активность, текущее состояние инфраструктуры, демографические тренды и геопространственный фактор, то есть близость к крупным рынкам и дорогам. Наша ключевая задача — определить так называемые опорные села. Опорный пункт — это экономическое ядро, вокруг которого в радиусе от 15 до 25 километров группируются близлежащие спутниковые села, формируя устойчивый сельский кластер.
На сегодняшний день из 6096 казахстанских сел 3549 признаны перспективными. Это 1117 опорных и 2432 спутниковых аула. В них уже проживает более 90 процентов всех сельских жителей страны. Именно сюда направляются основные государственные инвестиции. Мы не распыляем бюджетные средства по карте, а концентрируем их, создавая современную и качественную инфраструктуру там, где она принесет максимальный эффект для большинства граждан. Что касается сел, не вошедших в этот перечень, их текущее развитие и поддержание жизнедеятельности обеспечиваются силами местных бюджетов.
— То есть получается, что жители спутниковых сел имеют всю базовую инфраструктуру у себя, а специализированные услуги получают в опорных селах?
— Совершенно верно. Базовые блага первой необходимости — бесперебойное электроснабжение, качественная питьевая вода, высокоскоростной интернет — должны быть доступны человеку непосредственно в его родном спутниковом селе. Но если жителю требуются специализированные государственные, финансовые, нотариальные или почтовые услуги, если ему нужен крупный торговый центр или специализированный магазин строительных материалов, за этим он отправляется в близлежащее опорное село. Именно поэтому критически важно, чтобы опорный пункт был связан со своими спутниками качественной дорожной сетью. Ремонт таких межпоселковых трасс всегда находится в приоритете. Опорные села, по сути, становятся мощными точками притяжения, удерживающими людей на земле.
— Значит, идет процесс постепенного укрупнения. А какова ситуация с совсем малочисленными селами?
— Этот процесс идет естественным путем. Начиная с 2020 года 245 малых сел официально утратили статус самостоятельных населенных пунктов и были присоединены к более крупным и экономически успешным соседям. На данный момент в стране насчитывается 550 малочисленных сельских населенных пунктов, где проживают менее 50 человек в каждом. В общей сложности в них живет около 15 000 человек, что составляет всего 0,2 процента от общего числа сельских жителей Казахстана.
Из-за крайне низкого социально-экономического потенциала строить там дорогостоящие социальные объекты или прокладывать магистральные сети экономически нецелесообразно. Тем не менее государство в полном объеме обеспечивает их базовой водой и электроэнергией, а все остальные образовательные, медицинские и коммерческие услуги жители получают в ближайшем опорном селе или районном центре благодаря развитию транспортной доступности.
— Каким в идеале должно быть дальнейшее развитие сельских территорий Казахстана?
— Стратегическая цель нашей политики — не просто обновить стены, а кардинально повысить качество жизни людей на селе и полностью раскрыть экономический потенциал каждого аула с учетом его уникальных географических преимуществ. Мы намерены достичь этого через ликвидацию инфраструктурных разрывов с городами, развитие масштабного агробизнеса, стимулирование местного предпринимательства и эффективное использование эффекта городских агломераций.