Подвиг ракетчиков

В рубрике Мир - 2020-12-24

В понедельник, 14 декабря 2020 года, в 08.50 по московскому времени произошло событие, которое не могло оставить равнодушными тех, кто связан с космической сферой. С северного российского космодрома Плесецк стартовала ракета “Ангара-А5”, главная ставка Роскосмоса в конкуренции космических держав. К создаваемой уже более четверти века ракете сложилось отношение как к чему-то мифическому, неосуществимому. Теперь же долгожданный старт резко сменил настроения, начали строить планы, заявили сроки новых побед в космосе. Станут ли они реальностью, покажет время

“Она летает, черт возьми!” - эмоционально прокомментировал пуск “Ангары-А5” в своем Twitter глава Роскосмоса Дмитрий Рогозин. Похоже, что для самого Дмитрия Олеговича успех “Ангары-А5” стал неожиданностью. Впрочем, для того были основания.
Среди экспертов, да и для широкой общественности проект “Ангара” стал символом растянутой по времени неудачи. Пуск тяжелой версии ракеты, осуществленный в 2014 году, только подтвердил опасения. В октябре 2020 года Рогозин сообщил, что первое летное испытание “Ангары-А5” “не подтвердило заложенные требования заказчика (Министерства обороны РФ), поскольку выводимая масса оказалась ниже, чем нужно”. Добавим к этому наличие среди специалистов давно ведущейся широкой дискуссии о неизлечимых болезнях создаваемой ракеты. Ахиллесовой пятой “Ангары” назвали то, чем гордились ее создатели, - модульный принцип построения ракеты. Объясним для читателя, что по замыслу разработчиков в основе ракет типа “Ангара” должен лежать единый элемент - универсальный ракетный модуль (УРМ). Один такой модуль должен был стать основой для легкой версии ракеты, три - для средней, пять - для тяжелой. Таким образом, наладив выпуск УРМов, можно было получить в свое распоряжение целую линейку носителей. Аналогичные разработки велись в 90-е годы и в других странах, а в США и теперь в Китае их воплотили в реальных изделиях, ракетах, соответственно “Атлас-5”, “Дельта-4” и “Чанчжэн-5”. С высоты сегодняшнего дня стала ясна тупиковость этого направления. Для легкой и тяжелой версий невозможно создание абсолютно одинаковых модулей в силу больших различий в нагрузках при старте. Пришлось пойти на их унификацию исходя из максимальных величин. Это привело к так называемой неоптимальности, когда легкая версия “Ангары” выводит значительно меньшую полезную нагрузку, чем ракета среднего класса “Союз-2.1а”, при этом стоимость ее в 1,5 раза больше. Один из участников разработки “Ангары” делился с автором, что заказчик - Министерство обороны - не был озабочен экономическими факторами, “если надо было брать платину для приборов носителя, то брали безо всяких ограничений”. Главными приоритетами были: иметь в наличии собственный тяжелый носитель, летающий с российских космодромов, и обеспечить для производителя и разработчика “Ангары”, Центра имени Хруничева, монополию во всех классах носителей.

Рождение проекта
История “Ангары” началась с конкурса, объявленного в 1992 году решением научно-технического совета Военно-космических сил РФ и постановления Правительства России о проектировании и создании космического ракетного комплекса тяжелого класса. В 1994 году объявили победителя - Центр имени Хруничева. Та версия “Ангары” ничем не напоминала сегодняшнюю, это была ракета, собранная из производившихся тогда компонентов ракетной техники советского периода. В том же 1994 году подписали договор между Российской Федерацией и Республикой Казахстан об аренде космодрома Байконур. А Центр имени Хруничева начал свой весьма успешный выход на мировой рынок пусковых услуг с тяжелым носителем “Протон”. Добавлю, что США, инициаторы создания Международной космической станции, официально пригласили Россию к участию в этом масштабном проекте и, более того, гарантировали ей заказы на создание блоков станции и вывод их на орбиту. Начинался более чем пятнадцатилетний период расцвета российской космической отрасли на основе широкой кооперации и уверенного присутствия в ведущих международных проектах. Кроме создания модулей для МКС Роскосмос обеспечил постоянное присутствие экипажей на станции в период катастрофы шаттла “Колумбия” и далее, после снятия кораблей этого класса с эксплуатации. Все это приносило серьезные средства. напомню, что цена одного места в “Союзе” поднялась с 20 миллионов долларов в 2001 году до 91 миллиона в 2019-м. Осуществлялись коммерческие поставки российских ракетных двигателей РД-180 в США. Но главным источником доходов были пусковые услуги. С “Байконура” в период с 2002 по 2010-й производилось от четырех до семи коммерческих пусков “Протонов” в год. Хотя звучат разные оценки, эксперты сходятся, что суммарно российская сторона заработала в эти тучные годы от двух до шести миллиардов долларов США.
А что же “Ангара”?
В 1997 году ее облик пересмотрели, Центр имени Хруничева предложил модульный путь построения носителя, после, без всякого конкурса, его предложения приняло Правительство РФ. “Ангара” стала такой, какой мы ее знаем из многочисленных презентаций.

Нулевые
для ракеты
По воспоминаниям Владимира Нестерова, почти десять лет руководившего Центром имени Хруничева, до 2005 года бюджет выделял всего четыре процента от необходимого объема средств для создания ракеты. Отсутствие внимания государства и достаточно устойчивое положение российской космической отрасли в то время сыграло с проектом дурную шутку. Проект стали воспринимать как научно-исследовательскую работу, приносящую пользу лишь ее исполнителям. Хотя у “Ангары”, пока все не разобрались с чем имеют дело, были в общем шансы на успех. Первой попалась на удочку известная американская космическая компания “Локхид-Мартин”, партнер Центра Хруничева в первой половине нулевых годов. Имея перед глазами успех “Протона”, американцы включили “Ангару” в перечень ракет для коммерческих пусков в шорт-листе оператора, совместного с хруничевцами предприятия ILS. Мало того, “Локхид-Мартин” выделил 68 миллионов долларов за исключительные права на маркетинг “Ангары”. Правда, американцы достаточно быстро опомнились. При реорганизации ILS, во время продажи своей доли тому же Хруничеву, “Локхид-Мартин” учел эту сумму в цене сделки.
Ну и нельзя не вспомнить отечественный долгоиграющий проект “Байтерек”, инициированный президентами РФ и РК в 2004 году. Ведь многие уже забыли, что он изначально базировался на линейке носителей “Ангара”. У сторон были достаточно прозрачные и ясные цели: у России - ускорить создание альтернативного носителя тяжелого класса, который будет летать и с Байконура, и с российских полигонов, а у Казахстана - избавиться от “Протона” с его высокотоксичным топливом. Казахстанская сторона выделила государственный кредит размером 223 миллиона долларов на строительство стартового комплекса, первый пуск с которого планировали на 2008 год. Оптимизму сторон можно было только позавидовать. Не думаю, что есть смысл обвинять наших партнеров в каких-то злых умыслах, руководство РФ стало заложником действий или бездействия создателей и заказчиков ракеты - Центра имени Хруничева и Минобороны РФ. Прошли все сроки, ожидаемые испытания “Ангары” в Плесецке так и не начались, и “Байтерек” в 2011 году принял решение проработать варианты реализации проекта с другой ракетой.
Следует упомянуть и проект легкого носителя для Южной Кореи, где в основе лежал УРМ “Ангары”. В 2009-м состоялся первый - неудачный - пуск ракеты с корейского космодрома. В итоге в 2013 году ракета выполнила свою задачу, успешно выведя спутник на орбиту, но позже чем северокорейские соседи, что послужило причиной закрытия темы.

Страсти
по “Ангаре”
Нельзя сказать, что все с благодушием смотрели на перипетии с “Ангарой”. Совещание состоялось 24 октября 2013 года у тогдашнего главы Роскосмоса Олега Остапенко.
- Я “Ангарой” занимаюсь давно - с момента начала своей деятельности в качестве начальника космодрома, затем командующего, - сказал Остапенко на совещании. - Лично мое убеждение, что эта ракета для Восточного - тупиковая, она не даст нам возможности развиваться. Мы вынуждены будет потом вкладывать опять бешеные деньги и строить рядом еще что-то... Я считаю, что “Ангара” - это тупиковое решение для последующего развития нашей страны в этой области. Поэтому нужно готовить убедительную программу для доклада президенту, как бы это ни было сложно и неприятно, поскольку убеждали в другом. Но тратить деньги впустую и выжидать чего-то мы не будем, нужно занимать активную позицию.
- Мы были шокированы сказанным, - признается участник совещания у главы Роскосмоса 24 октября. - В кулуарах обсуждали главным образом сказанное по “Ангаре”. Все знают, что у “Ангары” есть один весьма значимый порок - она слишком дорогая.
Кстати, по последним данным, согласно финансовому отчету Центра Хруничева за 2019 год, стоимость производства “Ангары-А5” составляет семь миллиардов рублей, что в три раза дороже тяжелой ракеты “Протон-М”, которую ей предстоит заменить.
Но уже в июле 2014 года состоялся первый пуск носителя легкого класса “Ангара-1.2”. В декабре того же года полетела тяжелая “Ангара-А5”. Началось переоснащение производственного объединения “Полет” в Омске под производство универсальных ракетных модулей для “Ангары”. Создали мощности по сборке ракетных двигателей РД-191 под Пермью. Общая стоимость затрат, обнародованная в 2012 году, составила 5,33 миллиарда долларов США. Отказаться от проекта стало делом невозможным.

В последний бой
В течение последних пяти лет идет лихорадочная доводка изделия. Поставлена задача научить ракету летать с соблюдением заданных параметров. Параллельно строят наземную инфраструктуру. Президент России Владимир Путин 6 сентября 2019 года побывал с инспекционной поездкой на космодром Восточный. Он посетил строительную площадку второй очереди космодрома, предназначенной для перспективной ракеты “Ангара”, а также осмотрел ряд объектов, построенных в рамках возведения первой очереди.
Затраты на проект растут. Руководители Роскосмоса отметили, что строительство самого стартового стола под “Ангару” обойдется в 38 миллиардов рублей, а технологическое оборудование - еще 27,5 миллиарда рублей. В 2018 году анонсировали модернизацию “Ангары” стоимостью 150 миллиардов рублей. Еще непостроенную ракету уже нужно “доводить до ума”, признал Дмитрий Рогозин.
Возможно, за недавним пуском “Ангары-А5” стоит незримый подвиг конструкторов, инженеров, технологов, которые борются и преодолевают детские болезни ракеты. Продолжение летных испытаний (а в следующем, 2021 году намечено по одному пуску легкой и тяжелой версии “Ангары”) даст ответы. В 2023 году предполагается создать версию “Ангара-А5М”: ее корпус за счет композитных материалов станет легче, а обновленный двигатель РД-191М повысит грузоподъемность на 10 процентов. На декабрь 2023 года заявлен первый испытательный полет нового пилотируемого корабля “Орел” в автоматическом режиме. Начинается разработка “Ангары-А5В” с третьей кислородно-водородной ступенью, благодаря которой ракета станет мощнее еще на 30 процентов. Ее планируют запустить в 2027 году. “В этой версии “Ангара” станет мощнее “Протона” в два раза. Это еще не сверхтяж, но уже супертяж, способный решить все наши задачи до 2032 года”, - написал глава Роскосмоса Рогозин на своей странице в Facebook. Стало также ясно, что сверхтяжелый носитель, анонсированный ранее, появится не скоро. И облик его будет совершенно иным. “Российская сверхтяжелая ракета-носитель должна создаваться на основе принципиально новых технических решений. Сверхтяжелый комплекс (СТК) - это шанс срезать угол, тема, которая должна дать мощнейший импульс отрасли к развитию. Поэтому я не приступал бы к созданию СТК на основе существующих решений, пусть даже они до сих пор хороши и до сих пор конкурентны”, - заявил глава Роскосмоса Дмитрий Рогозин. В общем, планы достаточно амбициозные.
Сбываются прогнозы, что вслед за успешным пуском “Ангары-А5” все усилия и чаяния Роскосмоса в средствах выведения будут сосредоточены именно на этом проекте. Будем надеяться, что все это не головокружение от успехов, а реальная оценка перспектив.
Всеволод Феодосьев, крупный ученый, автор классического труда “Основы техники ракетного полета”, сказал: “Современная ракетно-космическая техника вышла на уровень задач, решение которых требует планирования не на год и не на два, а на десятилетия. Лишь спустя много лет становится ясным, оправдали ли себя потраченные усилия. Дело не только в миллиардах, но и в том, что при подобных разработках приводятся в движение колоссальные производительные силы, смена ориентации которых в случае ошибочного выбора превращается в общенациональную проблему”.
Трудно здесь что-то добавить.

Нурлан Аселкан,
главный редактор журнала “Космические исследования и технологии”,
специально для “НП”

Поделиться
Следуйте за нами