Физики и циники

В рубрике Мир - 2020-12-04

Константин Кочевников

Под крики “смерть Америке”, “смерть Израилю” и другие непарламентские выражения в минувший вторник депутаты иранского меджлиса приняли законопроект, который нацелен на выход страны из ядерной сделки. Последняя ступень - согласие (или несогласие) главы государства. Точнее, его подпись под документом.
И это, как известно, не демарш, а справедливый и оправданный гнев, волны которого с 27 ноября сотрясают страну

В этот день, как известно, неизвестные атаковали автомобиль руководителя иранской ядерной программы Мохсена Фахризаде. Ученый (а Фахризаде в первую очередь исследователь и даже гуманист, а затем уже чиновник инновационного центра Минобороны) погиб. Стреляли с помощью дистанционно управляемого пулемета, установленного на припаркованной машине. Добавим, что Фахризаде стал одним из пяти убитых за последнее десятилетие физиков-ядерщиков, объединяет которых то, что они занимались иранской ядерной программой.

Для Ирана и ранее вопрос о том, кто организовал убийства ученых, имел совершенно четкий ответ. В Тегеране не сомневаются, что выгодоприобретателями могут быть только Израиль, США и Саудовская Аравия. На этот раз глава Корпуса стражей исламской революции (КСИР) бригадный генерал Хосейн Салами сразу заявил, что “спланировали и руководили” убийством Фахризаде из Израиля. А Министр иностранных дел Исламской Республики Мохаммад Джавад Зариф указал на наличие “серьезных признаков израильской роли”. В причастности к убийству ученого подозревают агентов израильской внешней разведки “Моссад”. Два года назад Премьер-Министр Израиля Биньямин Нетаньяху называл Фахризаде руководителем всего ядерного проекта Тегерана и отцом иранской ядерной бомбы. Теперь это утверждение в Иране “считывают” как приговор.
Израильский журналист Йоси Мельман написал в “Твитере”, что “Моссад” много лет охотился за иранским ученым, и именно это сообщение Дональд Трамп ретвитнул, больше никакой реакции со стороны Белого дома на убийство физика-ядерщика не последовало.
Несмотря на непростые отношения с Ираном, убийство осудили власти ОАЭ и Иордании. Китай заявил, что “шокирован гибелью ученого”, и потребовал расследовать обстоятельства преступления.
Смерть Фахризаде подтолкнула иранцев к уличным протестам. Было известно, что именно под его руководством вели разработки своей вакцины от коронавируса. Основная претензия людей к властям - халатное отношение к безопасности ученого. Обстоятельства гибели Фахризаде это подтверждают. Бронированный автомобиль вез ученого в сопровождении эскорта охраны. Те, что двигались впереди, проследовали довольно далеко по маршруту следования, чтобы проверить обстановку. В это время, заинтересовавшись звуками снаружи, ученый покинул машину, и по нему открыли огонь.
Президенту Роухани теперь припоминают и прежние просчеты: несостоявшуюся месть за убийство главы Корпуса стражей исламской революции (КСИР) Касема Сулеймани и чрезмерную мягкость в диалоге с МАГАТЭ.
На экстренном заседании иранский парламент принял “Стратегический план действий по снятию санкций”, который предполагает пересмотр обязательств, взятых в рамках СВПД - Совместного всеобъемлющего плана действий. Депутаты решили ускорить развитие ядерной программы и не выполнять ключевой запрет на обогащение урана. Также меджлис разрешил правительству не пускать в страну инспекторов МАГАТЭ. Прежде те посещали любые объекты по своему усмотрению. И самое радикальное - Иран берет курс на создание оружейного урана. Уран обогащали всего до четырех процентов, что хоть и было нарушением ядерной сделки, но совсем незначительным: в соглашении идет речь о 3,76 процента. Теперь же уран будут обогащать до 20 процентов.
Говоря о СВПД, можно вспомнить, что это “выстраданный проект” Барака Обамы, в соответствии с которым с Ирана будут снимать санкции в обмен на сворачивание ядерной программы. Расчет демократа был на то, что постепенно эти отношения приведут к взаимной заинтересованности. Трамп же выступает против ядерной сделки, потому что считает цель Обамы, как и другие его внешнеполитические проекты, “прекраснодушной утопией”, представляющей угрозу США. Саудовская Аравия боится потерять поддержку США в противостоянии Ирану. А Израиль пугают любые уступки тем, кто ему неприкрыто враждебен. The New York Times со ссылкой, как водится, на анонимные источники утверждала, что ликвидацию Фахризаде действительно организовал “Моссад”, а Трамп, как минимум, был в курсе всей операции. Подтверждения этому нет. Но и опровержений тоже.
Министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зариф конкретизировал, что за убийством Фахризаде могут стоять все три страны. Недаром, дескать, глава госдепа Майк Помпео ездил на Ближний Восток, а Премьер-Министр Израиля Биньямин Нетаньяху о чем-то говорил с саудовским принцем Мохаммедом бен Салманом. Трамп, Нетаньяху и Мохаммед бен Салман действительно объективно очень не заинтересованы в том, чтобы отношения Ирана и США вернулись во времена Обамы. И операция по устранению ученого укладывается в этот замысловатый и отвратительный план.
В минувшее воскресенье иранская газета “Кайхан”, которой руководит советник верховного руководителя Ирана аятоллы Сейида Али Хаменеи, предложила военно-политическому руководству страны нанести удары по Хайфе в качестве “акта возмездия”. На что представитель Госдепартамента США выразил поддержку Израилю и, в частности, праву этой страны на самооборону.
Кроме того, сейчас, как никогда, активен “фактор Трампа”. Это один из последних козырей уходящей администрации, который можно было разыграть с весьма громкими последствиями. Еще в роли кандидата в президенты Джо Байден говорил о намерениях возобновить обсуждение ядерной сделки с целью возвращения к выполнению СВПД, пусть и на скорректированных условиях. Диалог с Тегераном на эту тему вообще может стать для демократов ключом к восстановлению прежних отношений с европейскими партнерами. Но пока Трамп остается у власти, антииранская деятельность Израиля укладывается в интересы республиканца. Если предположить, что вся эта ситуация выльется в военные действия, США еще при Трампе успеют вступить в них на стороне Израиля. Впрочем, именно это, по крайней мере сейчас, удерживает Тегеран от радикальных действий. Закон, предложенный меджлисом, верховный руководитель Ирана еще не подписал.

Поделиться
Следуйте за нами