Танцующий сердцем

В рубрике Культура - 2021-06-10

Ольга Шишанова

В России его называли “танцующий сердцем”, в Нур-Султане он - художественный руководитель столичного театра “Астана Балет”. Сегодня собеседник “НП” - Нурлан Канетов, окончивший Алматинское хореографическое училище, ставший заслуженным артистом России и Татарстана, лауреат Госпремии РФ, который долгое время являлся ведущим солистом Татарского академического театра оперы и балета

- Нурлан Исмагулович, у вас очень богатый профессиональный опыт. В чем разница, по вашему мнению, между балетными танцами, которые вам доводилось исполнять в России, Татарстане и Казахстане?
- По большому счету, мы, артисты балета, везде разговариваем на одном языке - языке хореографии, который является интернациональным, международным, я бы сказал. Ведь он понятен абсолютно во всем мире, потому что нет такого, чтобы какой-то особый почерк или стиль были, скажем, в Татарстане и разительно отличались от другого региона. Абсолютно нет. Хотя... между московской и санкт-петербургской школами есть небольшие нюансы. Плюс в Казани балетная школа тяготеет к питерскому направлению, вероятно потому, что там, по большей части, преподают выпускники Ленинградского хореографического училища (ныне Академия хореографии имени Вагановой). Что касается Казахстана, театра “Астана Балет”, мне нравится, что в репертуаре здесь много неоклассики. В свое время, когда я был танцором балета, мне этого не хватало, несмотря на то, что репертуар у меня был весьма обширен. Я считаю, что именно современная хореография очень выразительна, по крайней мере, для меня. Это касается всего, и в первую очередь, конечно, пластики.

- Что вам самому ближе в таком случае - какой танец отражает вашу творческую суть?
- Сложный вопрос. Но вот, скажем, я всегда мечтал станцевать что-нибудь из репертуара Мориса Бежара, я думаю, что это мне очень близко. Однако не удалось. А сегодня, когда я смотрю на современных артистов балета, и это касается прежде всего театра “Астана Балет”, я думаю, что вот как раз у них есть такая возможность, которой у меня никогда не было. Например, танцевать в знаменитых спектаклях Баланчина, Киллиана, Форсайта - я об этом когда-то мог только мечтать.
- А что же сейчас?
- До того, как наступило “сейчас”, я готовил себя к тому, что мне когда-то придется все-таки закончить карьеру танцовщика, раздумывал над этим. Я видел перед собой примеры своих предшественников, наблюдал, как им было морально тяжело принять такое решение. Однако... Возможно, я себя довольно-таки реально подготовил к этому шагу или просто так получилось, но у меня подобных мучений не было. Видимо, просто осознал, что всему свое время, да и танцевал я много. Конечно, наверное, можно было сделать и станцевать еще больше, но так уж распорядилась судьба. Потом я переехал в Астану и уже с тех пор назад не оглядываюсь. Потому что новый этап моей жизни не менее интересный, у меня снова есть возможность чему-то учиться у мира, набираться нового опыта. И еще я пришел к пониманию того, что нужно давать возможность танцевать юным.
- А вас самого неужели все-таки не тянет на сцену?
- Ну отчего же? Последний спектакль у меня был в октябре, я ездил на постановку “Золотая Орда” в Казань, куда меня очень часто приглашали и приглашают на протяжении последних трех лет, что я нахожусь в Казахстане. Я танцевал у них Красса в балете “Спартак”, Визиря в “Золотой Орде”, да много кого еще! И для меня это было удовольствием - побывать снова в своем городе, в своем театре, где я буквально вырос, встретить друзей, коллег.
Хотя начиналось все с того, что по окончании хореографического училища меня приняли в ГАТОБ имени Абая. Складывалось у меня все очень даже неплохо, мне почти сразу стали давать достаточно много сольных партий, но спустя три года, когда мне предложили станцевать в Казани принца Зигфрида из балета “Лебединое озеро”, конечно же, я решил попробовать свои силы и поехал туда. Как оказалось, не зря, потому что, когда по окончании спектакля мне предложили остаться, я, посмотрев на работу той труппы, ощутив творческую атмосферу, царившую в Казанском театре оперы и балета, - а ее мне не хватало в старом театре, согласился. Большую роль в моем становлении сыграл педагог Рафаэль Саморуков, считавший, что у меня большие перспективы. Он взял меня под опеку и посвятил мне больше 10 лет своей творческой жизни. Хорошие отношения у меня сложились и с хореографом Георгием Ковтуном - он также во многом явился тем, кто способствовал моему развитию как балетного артиста с большой буквы.
- Вернемся к театру “Астана Балет”. Поделитесь, пожалуйста, своими творческими планами, которые вы думаете реализовать до конца нынешнего года.
- Нам предстоит премьера и постановочная работа в неоклассическом направлении - спектакль “Диор”, который будет ставить российский хореограф Ксения Зверева. Потом у нас грядет одноактный балет Баланчина “Рубины” из его цикла “Драгоценности”. Также ожидаем постановку одного из балетов Киллиана. Это, конечно, в идеале. Ведь сейчас такое время, что просто живешь в ожидании завтрашнего дня. И все же ближайшее будущее для нас - это грандиозная премьера спектакля в национальном стиле “Козы-Корпеш и Баян-Сулу”, можно сказать, балет с сюжетной классикой, которую давно все ждут и которой всем так не хватает...

Нур-Султан

Поделиться
Следуйте за нами